"Благоволительницы", или Орест на службе Третьего Рейха.
shideh
Итак, спустя 6 недель, я наконец могу с удовольствием захлопнуть книгу Джонатана Литтелла "Благоволительницы", выдохнуть и сказать: "Боже, какой автор нудный". И перейти к, ну, скажем, Голдингу или Капоне. Галочка поставлена, как говорится. И все же, такие отзывы, такие люди оценили, что не так? А вот что.
Книга издательства Ад Маргинем, большой формат, твердый переплет, 767 страниц сплошного текста. Начинает рассказчик с того, что описывает свою послевоенную жизнь. Офицер СС, успел убежать из страны под чужими документами накануне капитуляции Германии. Будучи наполовину французом по матери, которую ненавидел всю жизнь, он легко выдал себя за жертву, женился, занялся бизнесом и решил таки описать свою историю в мемуарах. Начало превосходное, кстати. Особенно хороша часть, задающая вопрос о том, кто является палачом. Эта мысль проходит через весь роман. Хорошие люди, патриоты своей страны, примерные граждане, любящие отцы и матери, верные долгу, прилежно выполняющие свою работы. Вот только работа состоит в уничтожении других людей. И осознает ли свою причастность к преступлению стрелочник, направивший состав прямиком в концлагерь, или машинистка, печатавшая приказ о селекции, после которого в газовой камере погибнут женщины, старики и дети. Все повязаны кровью, но кто-то скажет: "А я тут при чем? Я никого не убивал, я ничего не знал". "Не хотел знать", - скажет зло герой ближе к финалу истории.
Увы, но выдержать тон "рассуждающего палача", каким герой предстал в начале, автор не смог. Хотя, надо признать, к общим фактам претензий нет (поголовно изнасилованных немок на пути наступающей советской армии я оставлю в стороне, там автору чувство меры окончательно изменяет, это уже какой-то Пинчон с "Радугой тяготения"). В начале герой делает карьеру, не сказать прямо, что он к этому прилагает огромные усилия, хотя рассуждений на тему "Долг и преодоление отчуждения" у него хватает, благо тут некая семейная драма: обожаемый отец-военный пропал, а мать выскочила замуж за француза. Как водится, частью систему хотят стать те, кто слегка не в системе и чувствует свою чужеродность. В общем, первую часть книги герой планомерно уничтожает евреев на захваченных территориях: Западная Украина и Кавказ, затем он перемещается в Сталинград, потом в немного отдыхает во Франции, а далее занимается концлагерями, по пути беседуя с разными историческими лицами, чтобы в финале оказаться в Германии. При этом часть со Сталинградом вываливается из логики начисто, поскольку евреев там нет. Герой, конечно, постоянно напоминает, что он не хотел заниматься "Окончательным решением", просто так получилось, он из разряда чиновников, делающих свое дело, "Если Партия прикажет" и так далее. Судьба, короче, что не освобождает от ответственности. Поэтому большая часть книги - это кто кого куда отправил, выяснение приказов, решение бюрократических вопросов. Апокалипсис легко можно писать канцелярским языком, не новость ни разу. Тут присутствует некая избыточность, но ей сто очков форы даст вторая тема книги, где царствуют Маркиз Де Сад и Пазолини. Сны, галлюцинации, видения, рассуждения, описания душевных переживаний, детских страданий, секса. Описания, кстати, безбожно затянуты, скучны и не совпадают с интонацией верного Рейху немца. Изо всех щелей торчит начитанность автора с непременным обращением к классической литературе. Дуэль в Пятигорске, топор во Франции, длительная беседа с пленным комиссаром в Сталинграде. Не забудем о греческих трагедиях, здесь то еще раздолье.
К концу я реально устала от книги, а она все не кончалась и не кончалась. Две темы не желали уживаться друг с дружкой, герой был зануден, мысль пережевывалась страница за страницей (немец Белль был гораздо более лаконичен, но почему-то ему это не мешало), толпа персонажей исчезала без следа. Самое интересное, что наиболее живым и заслуживающим внимание оказался не неврастеник Макс Ауэ, персонаж явно искусственный, а его друг-искуситель Томас. Вот кто мог бы стать полноценным героем менее толстой и более достоверной истории, но не судьба. А ведь более 700 страниц, Литтеллу за объем что ли платили? Страниц 50 герой бегает по пустому дому и дрочит, пока русские наступают. Настойчиво в голову лезет Пинчон, у которого все было как-то поживее.
Зато я знаю кучу подразделений Рейха.

О конце.
shideh
Сижу я, значит, прохожу Дисцайплс за Империю на сложном уровне, пью Шардоне от отечественных виноделов. Неплохо, но все-таки не мой сорт. А тут уж полночь.
Эдакое странное вступление, потому что мне в голову прищ\шло, что без вступления все не , все не то. А вообще я собиралась книжку почитать, но там все мрачно. Так что про прочитанное.
Йон Айвиде Линдквист "Блаженны мертвые".Однажды мертвые стали возвращаться. Но не все так просто, стали возвращаться тела, а кого-то успели похоронить, а кто-то даже того, разложился. А кто-то, как жена одного из героев (любимая, между прочим) попала в аварию и лишилась половины головы. А можно вообще любить существо, которое тянет к тебе руки, цыкает зубом и воняет? Сложный вопрос. А еще вернулись ли личности или это просто оболочка. Вот так на примере трех семейств нам рассказывают о проблеме "Восставших" (не из Ада, что вы). Тут вам и бабуля - телепат с внучкой-телепатом, тут вам и комик, обожающий свою семью, тут вам и престарелый журналист, которого мучает чувство вины за брошенную дочь, так что все свое время он тратил на внука, пока тот внезапно не выпал из окна. Та часть истории, где живые переживают смерть близких, самая честная, что ли, самая "живая" и трогающая. Но вот потом вдруг покойники начинают возвращаться. И тут на смену не совсем понятно, а что автор пишет. То ли о рагедии семью, которые не понимают, как им пережить смерть, то ли о странных людях, которые воспринимают действительность глубже, чем остальные, то ли вообще о необъяснимых явлениях. А потом все внезапно заканчивается со словами: Надо уметь отпускать. Ну, это мы и без автора знали. Тянет на небольшой сериал в прайм-там, а как целая книга слмнительна, к тому же всю догрогу не покидал вопрос, а зачем там история Флоры и ее бабушки?
Артур Соломонов "Театральная история". Худлит, почему-то от Альпины нон-фикшн в мягкой обложке. Вполне себе фикшн, кстати. И еще, а отчество у автора вообще есть? Ни разу не встретилось, я по старой привычке предпочитаю людей с отчествами. Хот, может быть, это вообще псевдоним. Ну, не об этом речь.
Некий рефлексирующий неудачливый актер по имени Александр знакомится с такой же нудачливой актрисой Наташей, а потом получает роль в новом, шокирующем спектакле гениального режиссера. И Играть ему надо будет с гениальным актером Сергеем Преображенским. Но не все так просто, ведь есть еще некий меценат, который страшно боится смерти, поэтому держит при себе священника, одержимого идеей православногь театра.
Чем хлорош роман. Вовсе не сценами закулисья, что нового можно узнать о актерском мастерстве? Ничего. Зато внезапно оказывется, что все герои так или иначе заслуживают если не сочувствия, то понимания. Даже страшный и неприятные недоолигарх, даже самовлюбленный актер, даже героиня, легко меняющая любовников. Театр оказывается частью жизни, хоть, казалось бы, закрыт от нее условностью, а церковь все больше посягает на жизнь, незаметно сливаясь с театром. "Весь мир - театр", как говаривал известный английский драматург. не будем с этим спорить.Роман злободневен, занимателен, неплохо написан. Есть минусы, конечно, но для современного худлита, где давно злободневность перекочевала в газетные памфлеты, это очень даже хорошая вещь.

Рассказы
shideh
Пока я наглухо зависла в толстенном романе "Благоволительницы", немного про то, что уже закончено.
Пол Ди Филиппо "Фрактальные узоры", аннотация обещала разгул фантазии и авторскую свободу. В реальности скучный сборник плохо написанных рассказов с уклоном в панк. Особенно интересного, каких-то там идей или хотя бы развития сюжета нет. Вот герой, герой нашел штуковину, потом какое-то действие, конец, где хорошие получают награду, а плохие наказание. Домусолила.
Анатолий Рубинов "История трех московских магазинов". Рубинова читала сто лет тому назад про Москву, было забавно, точнее ничего не помню. Взяля сборник скорее по причине желания ознакомится с издательством НЛО. Рубинов рассказывает про Елиеевский, ГУМ и тайные кремлевские спецхранилища и столовки. Наиболее интересная и связно написанная часть - про Елиеевский. Там можно узнать и про купцов Елисеевых, про развитие их дела, про семейный скандал, про работу магазина после революции и про дело Соколова. Часть про ГУМ весьма бессвязна, то про истоиию здания, то вдруг анекдоты и забавные случаи, то скачок в настоящее. Все фрагментарно, дат вообще нет, единой линии повествования тоже нет (на мой вкус плохая редакторская работа, минус издательству). Третья часть про дефицит и про советских небожителей больше напоминает заметки начала 90хх, когда надо было заклеймить СССР. В целом дело похватьное, но все портит излишне обвиняющий тон. То ли автор достал заметки из старых газет, то ли после 20 лет развала СССР все никак не снизил накала ярости.
Труман Капоне. Даже как-то неудобно помещать его в этот перечень. Где Капоне, где остальные. Прекрасно, томно-тягуче, чуть печально, даже там, где есть усмешка О'Генри. Вообще очень близко по тону к некоторым вещам последнего, меньше шутливости, больше печальной улыбки. И ощущение необычности мира, которое подчеркивают метафоры и сравнения. В рассказы упаковано очень много, больше слоев смысла у встречала в малой форме Набокова, где за легкостью слов спрятано двойное дно. Большой мастер, по-другому не скажешь.

Книги. Февраль 17
shideh
Прочитано в феврале 2017:
1. А.З. Рубинов. История трех московских магазинов.
2. Артур Соломонов. Театральная история.
3. Вольфганг Бюшер. Берлин - Москва.
4. Джонатан Литтелл. Благоволительницы.

Жернова истории. "Бильярд в половине десятого"
shideh
Один день - 6 сентября 1958, Германия. Это история семьи, в которой мало говорят друг с другом. Когда-то молодой Генрих Фемель спроектировал аббатство Святого Антония, а в годы войны его сын Роберт взорвал его. Жена Генриха морила голодом своих внуков, лишь бы не брать ничего сверх нормы, никаких привилегий от тех, кто принял причастие буйвола, но не смогла спасти невестку Эдит, тихого ангела, сохранившего веру в Бога посреди страха и смерти. Они молчат, не говорят, хотя знают и догадываются, но бояться ранить друг друга, разочаровать, обидеть. Сын Роберта, молодой архитектор Йозеф, его девушка, его сестра, старый враг Роберта, старый друг Роберта, мальчик, служащий в отеле, где Роберт играет в бильярд, его секретарша, которой Генрих рассказывает о себе. Мир этой книги мал и огромен одновременно, один день - и целая жизнь. Истории, одна страшнее другой, в них отчаяние, страх и непонимание. Веселый мальчик Отто, ставший на службу режиму, улыбчивый мальчик Ферди, решивший бороться с режимом с помощью самодельной бомбы. К ужасу американского военнослужащего он сражался не с монстрами и негодяями, а с обычными людьми, вполне добропорядочными и приличными, которые готовы были отправить на сметь ближнего. Что это было, неужели временно помрачение? Но Иоганна помнит, как отбирает у маленького сына стихотворение, в котором прославляется война. Не та, в которой погибнет ее младший сын Отто, а та, которую потом назовут Первой мировой.
Оди день подводит итоги прошлого. Один день начинает новую главу для семьи Фемель.

Книги. Январь 17
shideh
Прочитано в январе 2017:
1. Генрих Белль. Бильярд в половине десятого.
2. Труман Капоне. Дороги, ведущие в Эдем.
3. Пол Ди Филиппо. Фрактальные узоры.
4. Йон Айвиде Линдквист. Блаженны мертвые.

Крайний пост
shideh
Короче, год почти закончен, а он был странный. Но, если подумать, все года по-своему странные.
И я попиваю вино от винодельни Юбилейная, довольно приятный Амурский Потапенко и почитываю новости.
А раз уж я включила ноут, то закончу и с книгами по этому календарю.
Питер Мэй "Человек с острова Льюис", второй детектив из серии, первый я не читала, поэтому половину книги вязла с хитросплетениях взаимоотношений бывшего полицейского, который после смерти сына вернулся домой, на остров Льюис, что в Шотландии. А там нашли тело, пролежавшее в торфе лет 50. Трам-пара-рам, а отец первой любви героя связан с этим покойником, но вот беда, у него Альцгеймер. Наш герой начинает раскапывать прошлое и находит много интересного и шокирующего. Хотя большую часть книги о своем прошлом вспоминает старик-отец, так что расследование занимает мало места, сплошные вялые душевные страдания в скандинавском стиле. Мне было скучно, честно говоря.
Итого. За год прочитала 81 книгу, некоторые были очень интересные, некоторые заставили задуматься, был, конечно, и шлак, и просто проходные. Однако худлит жив, научпоп и документалистика тоже. Т.е. печатное слово никуда не пропало, несмотря на все страшные предсказания.

Не совсем роман. "Обратная перспектива" Столярова
shideh
Некий историк пишет то ли книгу, то ли заметки, аккурат после митингов на Болотной в Москве, а связаны они с призраком Революции, который периодически пугает граждан, не без основания, надо признать. Уж очень тяжело далась России революция, что 1917, что 1991.
Столяров - писатель странный, к читателю нечуткий, но вот если нравится намера, то читается хорошо. Увы, вершин прозы конца 80хх не достич, но уровень все равно держит, особенно на фоне остальных предствителей своего жанра. Т язык хороший.
Мысль о том, что за спиной у революционеров стоит нечистая сила, совсем не новость. Но Стляров уходит от совсем банальщины с Дьяволом и предлагает расширить понимание зла и добра. Что надо отдать, чтобы получить некий бонус, Что отдал Лев Троцкий, пламенный трибун, одна из ярчайших фигур революции, чем пожертвовал Ленин и можно ли получить такие способности в наше время.
Однажды Лев Троцкий поехал в маленький город Осовец, где зашел в общину евреев. Кстати, почему в то время революцию делали сплошные евреи? Этот вопрос тоже разбирает герой. Он просто историк, который когда-то заинтересовался Великой октябрьской, написал книгу, а через годы вдруг получил грант от некого фонда, причем тема исследования сформулирована крайне расплывчато, но вот Троцкий, что-нибудь о нем. Но чем дальше идет работа, тем больше странных совпадений, да и вообще странностей.
Воспринимать это стоит как некое эссе на тему, но не сколько Октября и последующих событий, сколько на нынешнюю ситуацию не только в РФ, но и во всем мире. Инфернальность власти уСтолярова возникает постоянно, но в этот раз она как-то особенно горьковатая.
Основным минусом является не отсутствие сюжета как такового. Но вот периодически размышления героя повторяются, как будто пережевываются, увеличивая количество страниц, искусственно тормозится. Ну, и суккуб тут лишний.

Какое надувательство! "Игра на понижение"
shideh
Какое надувательство, кого вы обманываете? Других, а может, себя?
Однажды в США случился кризис, ну все его помнят, рынок ипотечных облигаций рухнул и потянул за собой многих, даже крупные банки, что тут говорить о простых гражданахю Как так вышло, что никто не замечал роста огромного пузыря? Конечно, после того, как все случилось, нашлось куча экспертов, которые рассказывали, что вот они-то все знали, но на самом деле обогатились на этом не так уж много человек. Они и стали героями книги Майкла Льюиса "Игра на понижение". По книге потом сняли кино, и Оскар за адаптацию сценария по делу. То, что в книге спокойно объясняется несколько страниц, довольно трудно растолковать далекому от экономики человеку. А я уже говорила, что экономика вводит меня в транс?
Книга не только о тех, кто смог снять розовые очки и понять механизм работы новой пирамиды, а заодно и заработал на этом денег. Книга еще и о порочности самой системы, надувавшей пузырь ради прибыли, что и стало причиной кризиса.
Рекомендовано к прочтению.

Немолодые джентльмены
shideh
Объединю их вместе: Маканина и Мердок.
Сначала Айрис Мердок "Море, море". Немолодой театральный режиссер по имени Чальз Эрроуби уходит на покой и поселяется в старом доме прямо на берегу моря, в котором он каждый день купается. Места там диковатые, пляжей нет, каменистая поверхность, так что купание требует определенной ловкости. Сам Чарльз начинал как актер, потом стал драмтургом (не получилось), а после режиссером. И было у него несколько женщин, но в душе любовь он хранил только с всоей подруге детства по имени Хартли. Живет он себе тихо, не скучает, начинает писать нечто вроде дневника, вспоминает о своем детстве и семье, представлясь эдаким хитрым манипулятором. Увы, чем дальше в лес, чем больше сложностей, связанных с женщинами, тем слабее выглядит герой. В некотром смысле он так и остался провинциальным романтичным юношей, способным полюбить только загадку, которая ему не принадлежит. Так явление Хартли он воспринимает ровно как возможность начать все с начала, достать из тайника свое самое светлое чувство. Он любит немолодую женщину, он возвышает сам себя любовью к простушке, которая к тому же замужем за тираном. Правда, если бы Чарльз был чуть внимательнее, он бы заметил, что изображать жертву Хартли умеет хорошо и играет эту роль со вкусом. Но Чарльз и сам стал персонажем своей же пьесы. А как красива она сделанаЖ Розина в ведьминском обличьи, очаровательная вечная травести Лиззи, тонкий и ловкий Титус, жестокий Бен, друзья-актеры, бывший шофер, затаивший месть, а еще и кузен - вечный соперник Джеймс, которому с детства везло. И кого же на самом деле любил Чарльз и любил ли вообще, С наслаждением он творил пьесу из своей жизни и слегка растерялся, когда оказалось, что все впустую. Впрочем, еще не все потеряно, благо, женщин любого возраста в округ героя в избытке.
Если Мердок - это такое театральное действо, где даже смерть не кажется чем-то окончательным, то Маканин убийственно серьезен. А как иначе, если пишешь портрет поколения, а заодно и части страны. "Андерграунд" - тажелое путешествие по классическим кругам российского ада: нищета, безприютность, преступление, психушка. Герой, у него даже нет имени, он для всех давно Петрович, когда-то писатель того самого андерграунда, но позднее он бросил литературу и начал творить андерграунд из свой жизни. Потому что ярость и гордость. Гордость была и у его брата, но там где Петрович бил и кричал, веня смеялся. Сгубило ли его тихое непротивление или просто время оказалось неудачным, но художник Веня пропал в недрах психбольницы, где его залечили до почти растительного состояния. А петрович - нет, он даст всем бой, он справится. Он сторожит чужие метры в общаге, он убивает того, кто смеет посягнуть на его Я, для него жизнь - борьба, что бы он не декларировал о теплом углу"Компромисс не для нас", как пел Костя Кинчев. Впрочем, Петрович добр, даже жалослив, не пнет лежачего, честен. Это мир мутных 80хх-90хх весьма жесток, там готовы убить на метры, тут втоптать в грязь ради мести, закон джунглей, человек человеку волк. Хотя и есть те, кто смог подняться. Вот смотрит на Петровича его старый друг, нынче успешный писатель, желающий понять про себя: продался или нет, предал ли идеалы вольной юности и андерграунда, стоило ли отказаться от сытой жизни, чтобы быть таким, как Петрович. Все пути возможны, за все придется платить. Пойти на компромисс или стать бомжом, единственная радость которого приходить к брату. За все приходится платить.

?

Log in